непролазных,
Мы славим всех Женщин - хороших и разных!
Заметим от имени всех мужиков:
Вы - всё, что нам нужно во веки веков!
А именно: мама, супруга, подруга,
Лекарство, подушка, мечта, Джомолунгма,
Оазис в пустыне и плот в океане,
Картошка в кастрюле, грибы на поляне,
Заботы о частном и мысли о вечном,
Часовня на Красном и звезды на Млечном.
Вам скажут и прапорщики, и поэты:
Зимою и летом все мысли - про это.
А именно: здорово, хоть и непросто,
Объять необъятную Женщину-космос,
Разжать крепко сжатую Женщину-фигу
И выиграть Женщину-высшую-лигу,
В постель положить с собой Женщину-книжку,
Все деньги поставить на Женщину-фишку,
И высшее счастье - вскочить среди ночи
С заботой о Женщине-тамагочи.

В зоопарке весной
Над проталинками,
Где звенела синиц перекличка,
Слон слонихе шепнул:
-Моя маленькая,
Слон слонихе шепнул:
-Моя птичка...

И от нежности будто на цыпочках,
Где-то там,
Средь Антарктики бурной,
Кит китихе сказал:
-Моя рыбочка,
До чего же вы миниатюрны!

И под влажной землей
В темной горнице
Так по-рыцарски тонко и кротко
Крот кротиху назвал
Сизой горлицей
И назвал своей белой лебедкой.

А под ветром весны
Каждой часточкой
Лес апрельский подрагивал тихо.
-Подойдите ко мне,
Моя ласточка,-
Робко хрюкнул кабан кабанихе.

Эти взлеты и нас озадачили,
Прозаичных порой и тяжелых…
До чего ж мы бываем незрячими-
Представители сильного пола.

Шла весна словно миф о бессмертии.
И сегодня я понял впервые:
Женщин нет некрасивых,
Поверьте мне,
Есть лишь только мужчины слепые.

Аркадий Рывлин

Говорила пареньку Наташа:
"Кончилась сегодня дружба наша,
Понимаешь, я люблю другого,
Шустрого мальчишку озорного.
И еще, - добавила Наташа, -
Приходи, сегодня свадьба наша…"
Захлестнула паренька обида,
Но сдержался он, не подал вида.
Лишь надвинул шапку на глаза,
Чтобы скрыть, как катится слеза…
А Наташка вслед за ним бежала,
Громко рассмеялась и сказала:
"Глупый, неужели ты поверил,
Ведь сегодня первое апреля!"

Шла к парню девушка одна,
Несла в подарок вишен спелых,
И не заметила она,
Что вишни по дороге съела.
Но парень сердцем был не груб
И на нее не обижался,
Ведь сладкий сок вишневых губ
Вкуснее оказался!